У моей свекрови могло быть трое сыновей

Первого, старшего мальчика, она рожала в родильной палате при сельском фельдшерско-акушерском пункте. Свекрови было 19 лет, ребенок оказался огромным и, когда начались роды, акушерка взялась за щипцы. Ребенку проломили голову.

Ребенка похоронили, свекровь отправили домой, сказав, что «ты молода, еще родишь».

Подруга моей мамы уехала делать аборт в районный центр. Домой к врачу. У маминой подруги было двое детей – старший мальчик и 1-летняя девочка. Больше домой она никогда не вернулась. Умерла от кровотечения. В 30 лет.

Моя мама пошла с зубной болью к стоматологу в деревенскую больницу. Он сказал, что нужно срочно удалить зуб. И начал ей вырывать….здоровый, изорвав пол челюсти. Как потом выяснилось, врач был пьяным.

Знакомая деревенская женщина пожаловалась, что у нее куча женских болезней и проблем. Ты знала, сколько абортов я за свою жизнь сделала! Я постеснялась спросить сколько. А она сама сказала. 32. Тридцать две обороты в течение своей женской жизни. КАК?

Несчастные поколения наших мам и бабушек. Это они соленой рапой утоляли зубную боль, ангину лечили компрессами с самогонкой и картофельным паром, к пояснице привязывали лопухи, а к больным суставам – примочки из керосина.

Зато в Советском Союзе была бесплатная медицина. Вы помните сплошные металлические и золотые зубы старших мужчин и женщин? Вы помните ужасные рассказы о родах как пытках – часто с минимальным обезболивающим, с унижениями и обесцениванием женщины?

Я рожала через месяц после распада монстра – Советского Союза. Вы же помните, что трусы в роддомах женщинам-роженицам не разрешали носить? Почему? Вроде бы из-за опасности вместе с трусами инфицировать рожениц. Поэтому выдавали куски ткани, вываренные в каких-нибудь выварках (а тогда еще были и такие методы дезинфекции), с плохо выстиранными кровавыми разводами. Надо было свернуть что-то вроде пятнашки, и так ходить, придерживая ногами. Об этом послеродовом «походняке» знают все женщины, рожавшие в Советском Союзе. Моя дочь рожала за границей. Отдельная палата, два телевизора, носившиеся с ней медицинские сестры, как с драгоценностью, эпидуральная анестезия, кресло, похожее на космический корабль. «Мама, – успокаивала меня дочь в телефонную трубку, – не переживай, тут же не Советский Союз, которым ты травмирована. У меня все время медицинские сестры. Они классные, они называют меня pumpkin!» Следует ли говорить, что после родов ей принесли поесть, а также кофе и мороженое? И никто и никого не выгонял, не заставлял надевать бахилы.

У нас тоже так было бы. Если бы у всей страны не украли право на приличную жизнь нескольких поколений.

Зоя КАЗАНЖИ