Сундук Никиты Среды

Больше года назад моя коллекция, при содействии незаурядного человека-мецената, пополнилась еще одним дорожным сундуком – бывшей собственностью участника Первой мировой войны. А на передней части сохранилось и его имя – «Никитая Среда».

Сундук продавали люди, которым эта вещь досталась вместе с купленным домом. Перекупщику, в руки которого попал раритет, кроме населенного пункта и сведений, полученных от кого-либо из его жителей, о том, что бывший владелец сундука был участником трех войн, больше ничего не известно. Конечно, хотелось бы мне собрать как можно больше информации, но все онлайн-поиски оказались тщетными…

…Не так уж много у меня есть настоящие друзья, но, поверьте, эти отдельные личности из моего окружения — еще какие незаурядные! Вячеслав для меня – один из лучей солнца в царстве мрака, тьмы и пустых душ; единомышленник и друг, с которым всегда искренне, безумно, весело и непредсказуемо. Так произошло и на этот раз – именно благодаря ему дорога нас повела в Минский район Черниговщины. Чтобы быстро преодолеть волнистые дорожные изгибы, случавшиеся на промежутке от Березны до Николаевки, нужно быть асом своего дела, с чем Слава виртуозно справляется.

Нас встречают удивительно красивые места, окутанные таинственностью территорий древних поселений и красотой октябрьских красок. Сверхвековые дубы, черкая верхушкой небосвода, неподвижно охраняют древнюю стену, за которой высятся макушки церковных куполов. Домницкий монастырь, основанный во второй половине XVII века монахом-пустынником Климентием. В свое время его благодетелями были гетманы Иван Мазепа, Даниил Апостол, Иван Скоропадский и несколько поколений семьи Безбородьков. Утратив величие прошлых лет, обитель и по сей день сохранила свою духовность и Божье благословение. Хвала Матери Божией перед ее чудотворным образом, найденным девочкой Домной почти пол тысячелетия назад, раздается и по сей день.

А вот и цель нашего назначения – село Николаевка. Основанному в свое время беглыми донскими казаками селу долгое время пришлось носить довольно необычное название — Дурни, полученное от имени богатого землевладельца царского генерала Дурнева и изменившееся при содействии Николая II, учитывая просьбы сельских жителей, считавших ее позорным.

Продавщица из первого, в который мы пришли, магазины, услышав о цели нашего визита, дала дельный совет обратиться к местной библиотекарше. Ольга Ивановна, именно так зовут этого уважаемого человека, любезно ознакомила нас с народоведческой экспозицией своего книжного царства, историей села в фотографиях. От нее мы узнали и много интересного.

Как оказалось, Сергей Миронович – имя которого носил местный совхоз, оставляя свой десятками лет насиженный постамент, остался ноги. Пришлось одноногому бедняге долго валяться за магазином, пока местные ребята решили его дальнейшую судьбу, взяв в свою компанию. Вкопанному одной ногой по колено пришлось ему быть не только свидетелем хмельных посиделок, но и своеобразным телохранителем созданного на окраине села так называемого «генделика», вход на территорию которого украшал взятый из спортзала плакат. Со смененной одной буквой он довольно колоритно вписался в место встречи местных любителей «литробола» – «Ни дня без спирта!». Там же запечатлен образ Сергея Кирова и завершил свое синтетически-волоконное существование – неосторожно брошенный окурок сделал свое дело. «Такое пламя было, как дом горел», – вспоминала Ольга.

Фамилия «Среда» в Николаевке довольно распространена, поэтому узнать о ком-то из представителей этого рода, проживавших здесь более полувека назад, оказалось не так-то просто. Вместе с Ольгой пришлось посетить еще один магазин, продавщице которого захотелось подробнее узнать о цели нашего визита в Николаевку. И тут началось самое интересное: услышав слово «сундук», глаза барышни как-то необычно закруглились и сразу встал вопрос: «Так что там был еще и сундук? А что же было в сундуке?» «Золото», – отшутился я.

Чем была вызвана такая ассоциация, связанная со словом сундук, выяснилось через несколько минут. Оказывается, за три дня до нашего приезда в селе произошло несколько неожиданное, а именно: двое соседей по обоюдному согласию решили перепахать границу, которая в течение десятков лет разделяла земельные наделы двух усадеб, зато планируя поставить новый забор. Взявшись за работу, закапывая очередную опору для забора, пришлось выкорчевать какое-нибудь небольшое деревце. На глубине 30–40 сантиметров лезвие лопаты заскрежетело, натолкнувшись на что-то крепкое. Находкой оказался человеческий череп с полным набором зубов. Вызванная экспертная группа, сделав эксгумацию, выяснила, что молодой человек был похоронен сидя. Также было найдено серебряное кольцо 1660-х годов. Кто вы были человеком? Чей вечный покой потревожили? А твое положение сидя: сохранена ли давняя погребальная традиция еврейского народа, или убийца торопливо лишался тела, скрывая следы преступления? Пожалуй, об этом уже никто не узнает, остается только выдвигать безосновательные версии и давать волю богатому воображению. А этого у нас точно не забрать, если уже через несколько дней найденное серебряное кольцо превратилось в золотое, больше — целых два. Можно только представить, как вяжется с этим еще и наш дорожный сундук…

И вернемся к цели нашего приезда. В мыслях наших помощниц никак не появлялся правильный ответ. Хотели было приобщить в помощнице продавщицу еще и из третьего магазина, но та, выслушав нас, молча скользнула «вызывающим» взглядом, махнула рукой и ушла.

Невольно напрашивалась юморная мысль, что двое дураков, приехавших в Дураки, нашли еще нескольких дураков и пытаются выяснить то, что уже давно никому не нужно. Пусть простят меня жители Николаевки за мою наглость вспомнить название села, вызывающее у них негативные эмоции.

Авторитету Ольги можно только порадоваться: благодаря ее связям наконец смогли вычислить, к какой родовой ветви принадлежал бывший владелец сундука. В телефонном режиме мы даже имели возможность пообщаться с родной внучкой Никиты Середы – жительницей соседнего села. Хотя, к сожалению, она не смогла вспомнить ни отца деда, ни времени смерти, ни имени бабки, назвав только ту Лазаркой, дедовых фотографий она также не имела. Попробовали найти сведения в хозяйственных книгах местного сельского совета, работницы которого любезно согласились помочь, однако поверхностный пересмотр не дал результатов: для их получения необходима была бы хотя бы минимальная информация.

Поэтому, поблагодарив, мы покинули сельский совет и поехали на Новую улицу села, где жили потомки Никиты Середы. Новых жителей мы не застали, однако их соседка подтвердила, что именно этот дом покупали год назад, а теперь уже новые владельцы его снова продают, а также то, что сундук именно из этого дома, но ни фотографий, ни документов не было, потому что все лишнее было сожжено.

Напоследок Ольга Ивановна решила провести нас к бабушке Кате – местной старожительнице и далекой родственнице Никиты Середы. Итак, дальнейшая дорога и привела нас к небольшой избушке с плотно завешенными изнутри окнами, в стеклах которых госпоже Ольге долго пришлось тарабанить, говоря: «Это я, Оля» – пока услышали, что в доме есть живая душа. Лишь через некоторое время послышался скрежет засова сененной двери, у которой и появилась хозяйка. Переступив порог, она сразу пристроилась на небольшую скамеечку, стоявшую наготове. Лицо женщины почтенного возраста (за девяносто) излучало спокойствие, уравновешенность и жизненную мудрость, в живых глазах виднелся ясный ум. Нисколько не удивившись, она с уверенностью ответила на все наши вопросы, создавалось впечатление, будто она только вчера виделась с людьми, которые покинули этот мир более семидесяти лет назад. Ответ на мой последний вопрос «Каков он был, Никита Среда?» была неожиданной: баба Катя, смерив меня с ног до головы, перевела взгляд на Славку: «Такой он был, не полон» – сказала.

Пока мы колесили по селу, выяснилось, что девушки с сельского совета времени не теряли, а продолжали просматривать записи, где натолкнулись на нужную информацию. Звонок позвал нас снова в сельсовет. Нашлись некоторые записи: Среда Никита Аврамович, 1884 – 21.04.1949 гг. Жена Федора Лазаревна, 1886 г.р. Дети Андрей, 1914 г.р. – пропал без вести на фронтах Второй мировой, Иван, 1923 г.р. – участник боевых действий, Николай 1929 г.р., Павел 1930 г.р. Уличное прозвище семьи – Сута́.

Жаль, что не удалось найти ни одной фотографии. Благодарю всех вас, добрые люди, за бескорыстную помощь и понимание!

Юрий ДАХНО