«Свеча Джеймса Мэйса»

Почему Украина стала близкой Мейс? Почему именно этому человеку из другого континента и культурной среды суждено было стать одним из первых, кто на высоком научном уровне рассказал Украине и миру о трагедии Голодомора? Почему мы должны читать публицистику Мэйса снова и снова? Ответ на эти вопросы искали участники просмотра и обсуждения проходившего в Чернигове документального фильма «Cвича Джеймса Мейса». К участию в дискуссии, организованной Черниговским региональным центром повышения квалификации и Северским институтом региональных исследований, присоединились ученые, преподаватели, работники органов государственной власти и местного самоуправления, педагоги, библиотеки и представители общественности.

В документальной ленте, просмотренной участниками собрания, удивительным образом переплелись две сюжетные линии – рассказ о Голодоморе-геноциде 1932–1933 годов и воспоминания о жизни и исследовании Джеймса Мейса. Своими мыслями об этой трагедии, воспоминаниями о Мейсе в фильме делятся Василий Марочко, Виктор Ющенко, Евгений Сверстюк, Лариса Ившина, Наталья Дзюбенко-Мейс, Станислав Кульчицкий, Юрий Щербина и другие. Несмотря на то, что с момента выхода фильма прошло 13 лет, его тематика не теряет актуальности – Голодомор как средство окончательного подавления сопротивления украинского крестьянства, его катастрофические последствия для Украины, память погибших от голодной смерти и человека, пожертвовавшего своим здоровьем. ям и жизнью ради того, чтобы правду об этой трагедии узнали, а ее жертвы получили должное чествование.

А дальше – мнения участников встречи о фигуре, научных открытиях Мейса, его значении и предосторожности для современной Украины.

Сила истории в деталях. Исследования Голодомора продолжаются, новые открытия, новые документы подтвердят и расширят знания о масштабах этого трагического явления и его последствиях. Джеймс Мейс уважал мнения и взгляды других людей, однако никогда не сходил со своей точки зрения о геноцидном характере Голодомора и намерениях Сталина с его помощью окончательно смирить Украину. Оставаясь настоящим ученым до конца своей жизни, он понимал, что важно не только писать и говорить правду, но и быть услышанным. Газета «День», ставшая для Мейса своего рода трибуной, имела ключевое значение для того, чтобы правда о Голодоморе пробивалась к людям, способным мыслить и понимать, что такое постгеноцидный синдром и какие усилия необходимо приложить для его преодоления на общегосударственном уровне и в обществе. , – отметил Юрий Шаповал.

«Труды Джеймса Мейса – это классика украинской и международной публицистики. Свободный от болезни «выдавать желаемое за действительное», он откровенно говорил о недостатках украинцев и правящей элиты, предусмотрел площадь 2004 г. и последующие потрясения, видя корень этих проблем именно в страшном голоде 1932–1933 гг. и сталинских репрессиях 19 . Они оставили глубокие шрамы в сознании людей: говорить правду нельзя, хочешь жить – молчи. В 1991 г. независимость получила именно УССР – со всеми родовыми травмами, страхами и другими признаками постгеноцидного общества. Джеймсу Мейсу как никому другому удалось перебросить своего рода «мостик», показать причинно-следственную связь между трагедией Голодомора-геноцида и неурядицами нашего времени. Поэтому должны не только уважать, а больше читать Джеймса Мейса, который верил, что единственный путь для Украины – это построение европейской демократической государственности», – отметил автор Всеукраинской газеты «День», составитель книг из серии «Библиотека газеты “День”» Игорь Сюндюков .

«Черниговскими исследователями за последние десятилетия подготовлена ​​и издана серия сборников документов и воспоминаний свидетелей тех трагических событий «Память народа неубиенна», «Национальная книга памяти жертв Голодомора в Украине 1932–1933 годов. Черниговская область», а только увидело свет еще одно фундаментальное издание «Черные доски» Украины. Черниговская область», которое вместило информацию о 1510 черных досок, на которые попали учреждения, предприятия, населенные пункты и целые районы области. Однако это лишь небольшая часть документального массива, который сегодня хранится в архивах и ждет своих исследователей. Поэтому должны продолжать дело Джеймса Мейса, открывать правду о Голодоморе в Украине и Черниговской области в частности», – сообщил представитель Украинского института национальной памяти Сергей Воробей.

Украина является постгеноцидным обществом, где отсутствует консенсус идентичности, истории и культуры. Соответственно возникает вопрос о причинах и насколько быстро эти изъяны могут быть преодолены? Джеймс Мейс был человеком из свободного мира и говорил то, что думал. В Украине, которую он увидел не из книг и документов, его поразило безразличие, жестокость, двуличность в мыслях и действиях и самое главное – страх украинцев признать это. Украинская государственность получит прочный фундамент только тогда, когда именно украинская элита, общество перестанут бояться знать, говорить правду и постепенно избавляться от синдрома постегеноцидности. Джеймс Мейс призвал украинцев опираться на самих себя, творить свое будущее, научиться защищаться и быть честными самими собой. Память о Мейсе – это все лучшее, что мы создадим сами своими руками», – подчеркнул представитель Украинского института национальной памяти Сергей Бутко.

«Ваши мертвые выбрали меня», – писал в свое время Джеймс Мейс. Но почему такого пророка не было у нас? Как преодолеть разруху в головах и сложить вместе пазлы генетической памяти? По этому поводу правильно мнение представителей патриотического Интернет-сообщества относительно свечи памяти: чтобы потомки не ставили свечи нам – рядом следует положить оружие. Мне удалось общаться с Джеймсом Мэйсом во время его пребывания на Черниговщине, участвовать в презентации его книг. На самом деле очень мало людей с таким мужеством в характере как у Джеймса Мэйса. Он первым поднял пласты возможно одного из самых страшных периодов украинской истории. Я хочу выразить благодарность таким исследователям, как Тамара Демченко и всем тем, кто продолжает поднимать эти пласты и дальше, потому что кто, как не мы, должны беречь память о тех событиях», – подчеркнул доктор исторических наук Дмитрий Никоненко. «Джеймс Мейс на весь мир говорил правду о трагедии, которая не обошла стороной, пожалуй, никакой семьи. В самом начале исследования Голодомора в 1990-х гг. преподаватель тогда еще педагогического института Тамара Демченко сказала: “Историки – очень странные люди, пытающиеся извлечь из забвения то, что нормальные люди пытаются отчаянно забыть”. К счастью, среди нас есть такие «странные люди» – историки, учителя, знающие и умеющие содержательно и осторожно донести эту чрезвычайно трудную тему до детей и молодежи. Они настоящие творцы нашей национальной памяти», – отметила преподаватель Национального университета «Черниговский коллегиум» имени Т.Г. Шевченко Людмила Павленко.

Итак, Джеймс Мейс – «адвокат расстрелянных народов», потомок индейцев чероки – народа, в XIX в. прошел по собственной «дороге слез». «Нужно понимать чужую беду», – именно этим он руководствовался, раскрывая правду об ужасных страницах истории Украины. В то же время, он искал ответы на вопрос, почему эта трагедия стала возможной, почему украинцы не уберегли собственную государственность и почему молчал прогрессивный западный мир, когда в Украине разворачивалась эта ужасная драма. И наконец – свеча памяти на подоконнике в каждую четвертую субботу ноября, как традиция доступна и известна каждому украинцу, как память и символическая связь с теми, кого нет рядом.

Дмитрий КАЗИМИРОВ