Широкая война. День 118-й…

Широкая война. День 118-й. .

…Как это не удивительно, но воздушные тревоги производят на маму волшебное впечатление, и она возвращается в чувство. Вой сирен она боится практически так же, как и близких взрывов, которых наслушались черниговцы во время осады.

— Мамка, пошли, я постели тебе на полу в детской комнате. Мама сардонически поднимает левую бровь: — Это нас как-нибудь спасет?..

… Нет, родная, при прямом попадании точно не спасет. Прямое попадание тем, чем кроют нас наши бывшие «братья-байстрюки», – это верное разрушение нашей пятиэтажки и моментальная смерть. Вероятно, почти безболезненная. А вот от остатков/осколков эта единственная в квартире внутренняя комната может спасти.

… Бруствер из подушек и одеял на кровати должен защитить в том числе и от остатков оконного стекла. …-Ну, вот, смотри, какую я тебе роскошь соорудила. – Не иди. Побудь со мной.

…Она боится. Боится панически. У нее глаза избитой собаки, которая не понимает, за что именно ее все время пытают. Мы сидим в бывшей детской комнате на полу. — Скажи, доченька, вот скажи, что они от нас хотят? Что им не так ли? За что? Только не говори мне, что они нас ненавидят. Это следствие. А ведь должна быть практическая цель. — Ни за что. Они просто желают нас убить. Всех. – Почему? – Потому что в их стране – полная задница, и они нашли, на кого обратить ненависть собственного народа, – на нас. –Им станет легче, если нас не будет? – Мы будем, мама. Не дождутся.

… Звучит отбой воздушной тревоги. -Пошли, я дам тебе лекарство, и ты поспишь. Все будет хорошо… … по крайней мере сейчас — добавляю о себе.

Она спит, а я, остервенело кусая картошку в кастрюлю, яростно повторяю: -Мы. Были. Есть. И будем. Не дождутся. Победим.

Обычный вечер в обычной украинской семье. Широкая война. День 118…

Майя РУДЕНКО

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *