С оборудования — фонарик с мобильного и скальпель: как спасали жизнь в блокадном Чернигове

Из оборудования - фонарик с мобильного и скальпель: как спасали жизнь /p> </p>
<p class=Роман Бондаренко

Роман Бондаренко, сосудистый хирург из Чернигова рассказал, как пытался спасать не только жизнь, но и конечности пострадавшим в городе , которое взяли в кольцо.

Его историю выложили в фейсбуке — на странице совместного проекта Министерства здравоохранения при поддержке ВОЗ и ЕС "Спасибо сердцем".

Худшее, говорит врач, это было смотреть в глаза пациенту и говорить неприкрытую правду – что у них не хватает всего и сохранить концовку они не смогут.

«Извините, вашу конечность спасти нельзя, ее нужно ампутировать, потому что это вопрос  жизни или смерти. Морально очень тяжело смотреть в глаза больному и говорить это, рассказал Роман Бондаренко. После 24 февраля работа у него кардинально изменилась, как и у большинства врачей. Конечно, к войне никто не бывает готов. Определенную подготовку он имел, потому что учился на военном факультете медицинского университета, мечтал стать военным медиком, но по определенным причинам этого не произошло, поэтому стал сосудистым хирургом. В блокадном Чернигове такой специалист был настоящим чудом.

Когда город попал в плотное кольцо, все больницы начали массово поступать пострадавшие. Так что дома пан Роман почти не бывал. Вспоминать такие моменты ему трудно. Это как раз то, что очень хочешь забыть, но не получается. Когда исчезло тепло, вода, электричество – стало слишком сложно, потому что оперировать приходилось при температуре +8 в операционной. Одевал два операционных костюма и теплые носки, чтобы хоть как-то согреться», — говорит он об «особых». условия труда.

Очень запомнился случай, когда 17 марта произошел массовый артобстрел города, после которого несколько часов подряд отовсюду везли раненых. Врача попросили остаться, потому что у одного из пациентов было подозрение на сосудистое повреждение.

«Я заподозрил, что у него повреждение подколенной артерии. Так и было. Мы увезли его в операционную. В этот же момент снова начались обстрелы, и нам пришлось оперировать под фонариками мобильных телефонов. Парень перед этим потерял много крови, так что операция была крайне сложной.

Однако через день стало понятно, что, к сожалению, концовку спасти не удастся. Мышцы отмирали, началась почечная недостаточность. Следующая операция – и снова артобстрел. Я понимал, что был бы рад «выгнать» медиков из операционной, чтобы они скрылись, но не могу этого сделать, потому что не то что каждая рука, каждый палец нужен, — горько замечает Роман Бондаренко.

После ампутации медики пытались получить необходимые медикаменты, кровь, плазму для пациента, потому что все запасы были использованы, а станция переливания крови тоже пострадала во время обстрелов. К счастью, в этом врачам помогли волонтеры.

Парня удалось стабилизировать, но у него еще были тяжелые огнестрельные поражения верхней конечности. Черниговские травматологи тогда не могли ничего сделать, потому что не было необходимых девайсов. А парню все ухудшалось и ухудшалось. Возникли инфекционные осложнения, пришлось делать реампутацию. Однако мы не могли прооперировать его руку, ей требовалась серьезная антибактериальная терапия, нормальные бытовые условия, которых в заблокированном городе мы не могли обеспечить. К счастью, в конце марта парня удалось эвакуировать, — рассказал врач.

А недавно он узнал, что раненого тогда удачно доставили в Киев. Потом было очень сложное лечение, но защитник. – жив и продолжает бороться. 

Читать также: Ехал на работу: на Нежинщине оккупанты расстреляли ветврача

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.