Как встретили войну горожане: воспоминания местных и последствия «асвабаждения»

Как встретили войну горожане: воспоминания местные и последствия

Фото: Жительницы Лесной Галина и Светлана Коваленко, Ольга Чугай Улица Лесная, что на окраине Городни, всегда была эдаким особенным районом — и не город, и не деревня. Ее дома служили жилищами для работников Городнянского лесхоза и местного лесничества и располагались на границе поля и леса. Выйдешь из дома, посмотришь влево — виднеется город, глянешь вправо — к твоему двору вплотную приближаются лесные сосны, создавая особый покой и уют.

Все изменилось для жителей Лесной 24 февраля, когда вражеская армия ворвалась в их размеренную и счастливую жизнь. Испуганные люди тайком из окон наблюдали, как чужие танки два дня двигались по дороге под их дворами. И потому гулу и той смертоносной веренице не было видно конца края. Но это еще не ад. Ад настал 26 февраля.

Вражеская техника начала останавливаться и располагаться повсюду, куда ни глянь — по обе стороны дороги, под заборами, под домами и под лапами лесных деревьев.

— Взрывы нам были слышны и в предыдущие два дня, — говорят местные жители. — Но они звучали где-то поодаль. А 26 февраля в обед послышалась стрельба. Началась суматоха, а потом раздались взрывы.

Люди были кто где — кто, пообедав, в доме, а кто на пороге.

— Мы стояли во дворе моих соседей Богм, — говорит 72-летняя Ольга Чугай. — Я еще удивлялась — почему они останавливаются так близко к домам. А сосед Рома и говорит: «Да это они нами как прикрытием пользуются». И вскоре после этих слов раздался такой оглушительный взрыв, что показалось, что начался Армагеддон. Кто смог спрятаться в погреб. А у меня ноги больные, я туда никак не спущусь. Так я дошла до своего порога, зашла в дом и села у входной двери в уголке на стульчике. Вокруг все тряслось, стонало, дымилось и горело. Взрыв по взрыву. Так я думаю — когда хата загорится, попробую выбираться во двор. А пока здесь буду. Будем крепиться с домом вдвоем. Смотрю в окно — в саду страшное пламя трепещет, видимо, солярка горит. И тот огненный шлейф, словно язык огненного монстра. До дома добирается. А затем взрыв по взрыву неизведанной силы. Словно сатана спустился на землю и правит свой бал. В хате вылетели окна с рамами. А ведь я только недавно кредит заплатила за новые, металлопластиковые. Слышала, как трещит и ломается шифер на крыше. Попадали люстры, посыпался потолок. Плазменный телевизор упал, разлетевшись вдребезги. Все было в огне, страшной копоти и дыму. Но удивительно — на тот момент страха почему-то не было. Мне звонили все без конца — и родные, и родственники. Я только трубку возьму, а она опять как бахнет и бахнет!

Делится пережитым Светлана Коваленко:

— Мы с мамой и сыном сидели в погребе. Вадиму друзья звонят, кричат: «Беги оттуда, быстро!». А он: «А как я маму с бабушкой оставлю?». Да и как и куда было бежать, когда вокруг все дрожало и стучало. /p>

— А я им говорю: «Не езжайте сюда, дети, ради Бога, здесь ад!». А потом оно немного притихло. И тут открывается дверь и заходит мой зять Саша. А я даже не поняла что это он — думала, русский солдат. Да и не видно ничего было за дымом. Он на меня: «Ну и место Вы нашли, где присесть! Давайте об этом, скорее!». Я ему кричу: «Там моя кошка Лиза в дальней комнате!». А он: «Да какая кошка?! Здесь хотя бы в живых остаться. Быстро, убегаем! Кошку потом заберем. Мы со двора и в машину, а на пожарной вышке солдаты с автоматами бегают. Думали, нас сейчас постреляют. Но Бог любовал. Так мы спаслись. А улицу нашу бомбили еще вечером. Кошку мы только через два дня смогли забрать — она даже на улицу не выскочила, хоть и окон не было. Так и лежала в дальней комнате на кровати, меня ждала. Предана такая.

Как встретили войну горожане: воспоминания местные и последствия &quot

Остатки российской сгоревшей техники вдоль улицы Лесной

— Мы тоже после первой канонады скрылись, — говорит Галина Коваленко. — В чем стояли. Через поле, в город, в первые дома. Родственники приютили. А на следующий день пробрались назад — надо же было хоть с одежды что-нибудь взять. Боялись — думали, постреляют. Но не тронули. На улицу и наши дома без слез невозможно смотреть. Каждый день сюда жители ходят. Как на кладбище к родному человеку.

В Городнянской общине разрушения во время военных действий получили 40 домов. Из них семь – mdash; в селах (в частности в Ильмовке, Смычине и Сеньковце) и 33 — в городе. Разрушение все разной тяжести. На той же Лесной один дом на четыре квартиры уничтожены фактически полностью, два получили значительные разрушения, пять — разрушений средней тяжести и шесть — разрушены частично. Пока люди ждут компенсации от государства восстановления жилья, кто-то живет у родственников, кто-то — у знакомых, кто-то — во временно предоставленном жилье. Кое-кто за свой счет уже восстановил свои квартиры и вернулся в родные стены. Некоторые ждут помощи от государства и власти, потому что нет ни рабочей силы, ни материалов, ни средств на их приобретение. А кто-то подлатал кое-как дырявую крышу, застегнул окна и так и живет. говорят, дома лучше, чем где угодно, даже если и дом полуразрушен.

Неизвестно, сколько придется ждать возмещения от государства, поэтому городской совет решил находить хоть какие-то возможности помогать людям в первоочередных работах — хотя бы пока перекрыть крыши там, где это возможно, чтобы уберечь здания от дальнейших разрушений. 2d42022f24f8723b872e46a7b03d4459.jpg» alt=»Как встретили войну горожане: воспоминания местных и последствия "асвабаждения"» />

Такие разрушения получили дома и усадьбы

При содействии благотворительного фонда "Дети UA" было предоставлено 100 тысяч гривен, которые городской совет после согласования с пострадавшими гражданами решил потратить на закупку шифера. Его распределили между 16 владельцами поврежденных домов. Однако потребность не закрыта. Еще четверо граждан нуждаются в материале для перекрытия крыши.

В настоящее время в городском совете ищут пути дополнительного привлечения средств, чтобы потребность в шифере закрыть полностью.

Источник: &quot ;Новости Городнянщины"

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.