«Я уже три войны пережила. Переживу и четвертую»: истории из городнянского пограничья

"Я уже три войны пережила. Переживу и четвёртую

Юбилярша Анна Захарченко Километр — именно такое расстояние отделяет девять жителей Кусиев, что на Городнянщине, от границы с Беларусью. От Городни тридцать километров дороги сюда показались бесконечными. Особенно когда после Деревин началось тотальное бездорожье с многочисленными лужами после дождя.

В Деревинах первые дома центральной улицы встретили разбитыми стеклами и секущимся шифером на крышах. Это последствия вражеских обстрелов 24 февраля. Староста Николай Воробин, который хозяйничает в старостате полтора года.

В старостат входят Кусии, Древесины и Перепись. На сегодняшний день во всех трех селах фактически проживает 659 человек. И если Кусии и Перепись вражеское нашествие обошло, пугая лишь громкими звуками обстрелов, то Древесины одними из первых почувствовали на себе горячее дыхание войны.

Оккупантам были не рады

— Первое, что сделали российские военные, когда зашли в нашу деревню — это окружили техникой помещения пограничного залога, — говорит Николай Воробин.— Поставили вокруг него танки, бетееры, поломав заборы и раздавив несколько стоящих у заставы легковых автомобилей. Я сам не слышал, но люди говорили, что они поставили ультиматум. если в селе будет какое-то сопротивление, то вокруг все будет гореть черным пламенем — и деревня, и люди. В тот день мы насчитали более 800 единиц вражеской техники. Какое сопротивление такой разрушительной силе?

В первый день войны в Деревьях от обстрелов пострадали 13 жилых домов. Российские военные, которые были в деревне, искали старосту, но люди не выдали его местонахождение, даже фамилии не назвали. Приходили и домой, но не застали на тот момент. Николай Алексеевич говорит, что попал на проверку, осматривали его автомобиль и смотрели документы, но не догадались, что перед ними представитель местной власти.

Россияне пытались «задобрить» жителей села гуманитарной помощью, предпринимали несколько попыток ее отвезти. Но люди отказывались ее брать — мол, нам ничего не нужно, все у нас есть. Так она долго и валялась горкой из пакетов в одном из помещений в селе. оккупанты вынуждены были понять, что здесь им не радуются.

Сейчас здесь о враждебном нашествии напоминают выбитые стекла в нежилых домах, избитые техникой дороги, которые и до войны были основной проблемой Деревин и близлежащих сел из-за своего плохого состояния, воронки от снарядов на огородах и обломки смертоносного оружия, которые еще валяются на ночь. ях, то здесь, то там на земле. Один такой нам вынес из пустующего двора Николай Воробин: Вот что нам щедро дарили освободители. Вблизи деревни поля засеяны. Уже поднимает головки подсолнечник, колосится пшеница. Но чем ближе к границе, тем больше незасеянных площадей. Там изобилует разнотравья. Земля так и не дождалась здесь в этом году заботливых рук.

Здесь переплелись прошлое с настоящим

Дорога от Деревина до Кусиев — еще тот квест на водительское мастерство. Но пробираемся в село, расположенное за километр до границы с Беларусью. У нас здесь важна миссия — его жительница Анна Захарченко 23 июля праздновала свой век.

На въезде в село — развалины бывшего помещения тракторной бригады. Видно, что это была некогда мощная организация. Сейчас все заплетено кленовой порослью.

У дома юбилярши нас встречает соцработница Вера Ющенко. Женщине 54 года. Восемь километров от Деревина сюда она раз в неделю одолевает велосипедом. Зимой — пешком, с санками, которыми возит продукты и все остальное, заказывающие ее подопечные. Такой помощи и ухода нуждаются двое из девяти человек, которые живут в Кусиях. jpg» alt=»"Я уже три войны пережила. Переживу и четвертую": истории из городнянского приграничья» />

Вера нам и проводит маленькую экскурсию по оживленному когда-то селу. Его робкие улицы прячутся между уже почти лесным царством. Здесь природа, почувствовав слабость человека, уверенно отвоевывает свою территорию. Как раз напротив двора юбилярши — могучий памятник односельчанам, погибшим во Второй мировой. Три гранитные плиты, на каждой из которых 28 фамилий. 84 жителей Кусиев отдали свою жизнь за освобождение своей земли. Подходим поближе, чтобы засвидетельствовать память и поклониться воинам.

— Ой, грибы! — Светлана Бельская, секретарь городского совета наклоняется у забора. Мгновение — и в ее руках три крепких белых.

"Я уже три войны пережила. Переживу и четвертую": истории из огорода

— Эт,— машет рукой Вера Ющенко, — тут же лес сразу. Многие сейчас собирают и черники, и лисички, и белые уже просыпаются. С этого местные и живут в сезон. И по собственному хозяйству. А что граница около — то что делать? Пока как тихо, люди пробираются в более или менее безопасные места. Жить за что-то надо.

— Эй, это моя грибная грядка! Я ее каждый день поливаю, — шутит, выходя из двора, хозяин — 72-летний Владимир, сын юбилярши. И приглашает нас в дом.

«И четвертую войну переживу!»

Анна Ефимовна гостям рада. Двухлетний юбилей, который далеко не каждому приходится встречать в жизни, для нее овеян ноткой печали — в этот день прошло полгода со дня смерти дочери Ольги. Пожалуй, в жизни для родителей это самое большое испытание — пережить своих детей.

— Никакого секрета долголетия у меня нет, — говорит хозяйка. — Всю жизнь работала. Есть стаж 57 лет. Бегала много. И в родной Варвинской школе как училась, спортом занималась, и в Прилуцком училище, где училась потом. А по его окончании вся жизнь стала одним сплошным марафоном. Это сейчас у нас здесь девять человек живет, а когда я сюда попала совсем юной фельдшеркой 21 августа 1940 года, у меня на обслуживании более тысячи кусаевцев было. Здесь и мужа своего Михаила сразу встретила. Он в железнодорожном техникуме в Гомеле учился. Приехал домой и спрашивает, что здесь нового. А ребята ему: «Медичка новая. Хорошо. Богиня!». Так и застряла я здесь навсегда, Михаил лучшим из всех оказался.

А богини к тому времени не было еще и 18-ти. Даже паспорта не было. Молодожены обручились после исполнения совершеннолетия невесте. И пришла Анечка одиннадцатой в большую семью свекровей. Какими были будни молоденькой фельдшерки в большом селе, где насчитывалось 350 жилых дворов и целых пять колхозных бригад? Из антибиотиков тогда назначали только пенициллин. А его колоть нужно каждые три часа. Люди ночью приходили, тихонько в оконное стекло стучали, а Анна через подоконник, чтобы семью не будить, во двор выскакивала.

"Я уже три войны пережила. Переживу и четвертую": истории из огорода Я уже три войны пережила. четвертую: истории из огороднянского приграничья

Только десять месяцев мирной жизни прошло для девушки в Кусиях, а затем пришла война. Мужчину забрали на фронт. Анну не мобилизовали, но отправили сопровождать конный эшелон мобилизованных в российский город Крупец в брянской области. Из сопровождающих — по одному представителю от милиции, военкомата, райкома партии и она, восемнадцатилетняя девчонка.

— Я толком не понимала еще и что происходит, — вспоминает Анна Ефимовна. — Вот и просилась в военкомате, чтобы на фронт меня отправили. А Тимошенко такой был как дернет меня за рукав: «Я тебе повоюю! Не имеешь права! Так и обратно привезли, сказали сидеть до особого распоряжения.

Муж раненный и изуродованный вскоре вернулся с фронта. В 1943 году у супругов родилась дочь Оля, а в 1950-м – mdash; сын Володя. Рано ушли из жизни двое внуков — Ольгиных детей. В 1993 году и мужчина навсегда оставил свою половинку. Умер как раз на день рождения дочери. Сын Владимир, по специальности зубной техник, уже два года как приехал из Беларуси и живет с матерью.

— Моя прабабушка по маминой линии прожила 106 лет, — говорит он. — Так что у мамы есть время, чтобы установить новый рекорд. Жалуется, что ноги болят и зрение и слух поднимают. А так она молодец, в особом уходе не нуждается, еще и посуду может сама помыть. В молодости знаете, какой была? Хронический депутат сельского совета. Ее все местные хулиганы не то чтобы боялись, а уважали. Мама же здесь за время своей работы более 300 малышам помогла появиться на свет. А в 1940 году приняла две двойни! Хотя сама еще почти ребёнком была.

Анна Ефимовна говорит неторопливо, взвешивая каждое слово. Воспоминания возникают из глубины ее памяти. Рассказывает, что хоть жила практически в лесу, за ягодами и грибами почти не ходила — времени на то не имела за любимой работой. Уже много лет пустующее здание ФАПа стоит здесь же, на соседнем дворе. Она видна в окно. Там прошла почти вся ее жизнь.

"Я уже три войны пережила. Переживу и четвертую": истории из огорода

Когда 24 февраля здесь, в километре от границы, слышались оглушительные взрывы, Владимир насчитал их 24. С точным интервалом между каждым в 22 секунды. «Я уже три войны пережила. Переживу и четвертую, — говорит юбилярша. — Лекарств лишних и смолоду не пила. И теперь стараюсь поменьше. Но от боли в ногах приходится и от давления. Больше всего боюсь, чтобы не парализовало от инсульта, чтобы никому обузой не быть. А вы от давления которые пьете?» — это к нам. И через мгновение с улыбкой машет рукой: «Да никакие. Да, еще молодежь!

Пока общаемся, бесконечно раздаются телефонные звонки. На них отвечает Владимир и благодарит за поздравление мамы. Не забывают люди свою неизменную деревенскую фельдшерку. И пожелания здоровья и мира струей света и тепла хлынут в маленькую деревенскую избушку полесской деревни, которая доживает свой век вместе с девятью его обитателями.

"Я уже три войны пережила. Переживу и четвертую": истории из городнянского приграничья

"Я уже три войны пережила. Переживу и историю

Источник: "Новости Городнянщины"

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.