Георгиевская церковь в Седневе: переживает третью войну

Георгиевская церковь в Седневе: переживает третью войну

Знаменитая деревья‘яная церковь в Седневе по меньшей мере дважды за свое существование столкнулась с нечистью — один раз в кино, во второй раз — в реальности весной 2022-го. Старинный Георгиевский храм в поселке Седнев Черниговской области известен тем, что в нем снимали сцены для первого советского фильма ужасов «Вий» (1967) по материалам одноименной повести Николая Гоголя (1835). Седневи: переживает третью войну» />

Церковь — памятник национального значения. Мало того, это действующий храм, здесь служит настоятель Свято-Георгиевского храма ВЦУ протоиерей отец Тимон (Блинец). В сети он прославился спасением бельчонка. Впоследствии так же спасли еще одну. Для белок еще с осени запаслись мешочком орехов из собственного сада. Впоследствии, это стало чрезвычайным.

Ибо 24 февраля, в старт полномасштабного вторжения Седнев оказался в полной блокаде. Россияне зашли в поселок, расставили свои танки и БТРы почти на каждой улице. Несмотря на это, отец Тимон все равно каждое воскресенье приходил в церковь и служил, пишет издание Glavcom.

Хотя это было очень опасно. Потому что весной недалеко от храма около почти 300-летнего сооружения россияне заряжали ракетные системы залпового огня «Град».

– И когда была команда, они уезжали, отстреливались и прятались назад. А еще во время оккупации ракеты летали над самой церковью. Раз – совсем рядом, как не задел купол, я не знаю, между церквями (в Седневе также есть Воскресенская церковь Московского патриархата, – авт.) пролетела большая такая ракета. Самолеты очень низко летали. Помните, когда сбили в Чернигове самолет (5 марта в жилом массиве Масаны – ред.)? А другой тогда скрылся. И он летел на Седнево – прямо над нашей улицей и оврагами. Прямо над проволокой шел. Это было ужасно, — вспоминает настоятель. : переживает третью войну» />

Георгиевская церковь в Седневе: переживает третью войну

Георгиевская церковь – старинный деревянный храм, построенный без всякого гвоздя – тогда выстоял. Не пострадал ни один дом в Седневе. Но и без того ужасов было достаточно.

Вражеская техника стояла по всему поселку. Танки, БТРы, «Грады» россияне без тени сомнения поставили на людских подворьях, в огородах и полях, возле местного завода и даже возле храмов. Прикрываясь таким образом мирными жителями.

Россияне ожидали, что их будут встречать с цветами и караваями. Желающие услужить оккупантами нашлись и в Седневе, говорит священник. Они и сейчас есть. Что с ними дальше будет — неизвестно.

В самой церкви, которой сейчас 275 лет, в 60-е снимали финальные эпизоды первого советского мистического триллера «Вий» по повести Николая Гоголя. Однако впоследствии эти кадры в финальный вариант фильма не попали. Их вырезали. Но декорации из «Мосфильма» сделаны по подобию интерьеров седневской Георгиевской церкви.

Тот факт, что в церкви снимали культовое кино о чертях и нечисти — настоятеля угнетает.

– Конечно сержусь, но все прощаю. Считаю это безобразием, но при оккупационной власти того времени творились и худшие дела. А храм позже освятили, это чистое и намоленное место покоя с невероятной энергетикой, – рассказывает отец Тимон о том, как боролись с последствиями киношной нечисти.

По поселку нельзя было ступить без своеобразного аусвайса — белой полоски, которую российские оккупанты заставляли людей связывать на одежду. Белые тряпки рекомендовали крестьянам вывешивать и на собственные дома. Это был как бы признак повиновения, считают жители Седнева.

Семья Блинец этого не одевала. Да и в центр не ходила.

Не обошлось без грабежей и мародерства: россияне выносили все ценное из магазинов, из частных помещений людей. Машинами вывозили бытовую технику, угнали автомобили и мотоциклы, говорит отец Тимон.

Люди боялись выходить из дома. Поэтому питаться приходилось тем, что было припасено: картофель и немного консервации, которая оставалась на исходе зимы. Ни хлеба, ни лекарства в селение не привозили. В населенном пункте исчез свет, газ и не было мобильной связи. Россияне умышленно испортили вышки.

– Где-то там в Березном вышка была, то до нас иногда немного «долетало», но очень плохо. Так и общались с миром, – рассказывает отец Тимон.

Он не стал убегать, хотя знал, что оккупанты часто расправляются с украинскими священниками. Россияне захватили сельсовет, а вместе с ним – ; всю документацию, потому хорошо знали, где живет духовенство, местные активисты и военные.

Семья отца Тимона осталась дома: жена, 4 детей и пожилые родители. В поисках пищи для большого семейства настоятель с риском для жизни ездил по соседним селам. Приходилось выстаивать по 7 часов в очереди, пока она поступала — хлеб мог и закончиться.

Местные жители пытались сначала партизанить. Прокалывали колеса машин кафиров, валили деревья на дорогу, чтобы те не смогли проехать. Но уже через несколько дней такой деятельности получили предупреждение: если не прекратят, начнутся репрессии. И, учитывая, что большинство женщин, детей и пожилых людей не успели эвакуироваться из села и могли пострадать, прекратили диверсии.

Георгиевский храм снова мирный, сюда приходят прихожане. Несмотря на то, что церковь уцелела, ей все равно нужна помощь. Течет крыша, из крыши вода попадает на обшивку, на фундамент, и портит штукатурку.

Седнев пробыл в оккупации 40 дней, с 24 февраля по 1 апреля. Приход после деоккупации, по словам отца Тимона, значительно вырос. Люди собирают деньги на ремонт храма. На стене – объявление на украинском и английском языках, с призывом не дать старинному украшению общины погибнуть.

Время Черниговский писал общину, рядом с Седневской, которая также пережила оккупацию: Тупичевская община после деоккупации: мечтают о собственной пекарне и вернуть &la ;Новую Почту»

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.